Моргейна спала долго и очень крепко. С утра я дважды заходила в её комнату, тихо звала, но она не просыпалась. Видать, заснула очень поздно вчера. Девочки мои смогли взглянуть на неё только спящую. Может, это и к лучшему. Меньше нервов будет потрачено.
А время-то приближалось к обеду, и я уже ждала Киарана.
А время-то приближалось к обеду, и я уже ждала Киарана.
Строман был на службе, и я, пообедав с отцом, снова аппарировал в Кенмаре.
- Добрый день, - я отыскал Морну на ее обычном боевом посту. - Все время забываю о разнице во времени...Надеюсь, вы сжалитесь надо мной и позволите не обедать второй раз.
Улыбнулась и чмокнула в щёку.
- Кофе-то выпьешь?
- Добрый день, - остановилась в дверном проеме, во все глаза смотря на Киарана.
Я знала, что он был у нас вчера. Но лично я его видела только при его первом к нам визите.
Моргейну мы вчера с Джун видели, но она спала, но вообще нам с ней этого хватило, так что потом она ночью пришла в мою комнату и полночи пыталась рассказать старашилку наподобие данной ситуации.
Обернулся на звук шагов и голос.
- Добрый, - улыбнулся девушке. Она мало изменилась со времени нашего знакомства. - Вас тоже вызвали на семейный обед?
Достала из шкафа несколько тарелок, чтобы принять участие в накрывании стола.
- Джун бежит, - усмехнулась на звук шагов, доносящихся из коридора.
- Ой… - застыла на секунду в дверном проеме.
Киарана я так и не видела воочию, так что было немного стыдно, но в то же время приятно его увидеть.
- Добрый день… - все же смущенно улыбнувшись двинулась в его сторону.
- Наконец-то я буду предъявлен всей своей родне без исключения. Рад, что все-таки удалось познакомиться, хоть и с запозданием, - кивнул я девушке.
- Я тоже весьма рада нашему знакомству, - улыбнулась и, развернувшись, мельком бросила вопросительный взгляд на бабушку.
Не сказала еще.
Подошла и чмокнула поочередно сестру и бабушку в щеку
- Идите-ка к себе, дорогуши, мне надо с вашим кузеном поговорить.
Внучки чуть надулись, но послушались.
- Ещё пообщаетесь, не первый день живём.
Дождался своего кофе и присел у окна.
- У вас тут просто дамское царство...После сугубо мужской компании непривычно, - заметил я все еще немного смущенно.
Внимательно посмотрела на мальчика.
- Ты только не волнуйся, - традиционное начало, после которого человек обычно начинает волноваться, - вчера ещё одна амазонка прибавилась. По случаю нашего гадания.
- Уж больно неравномерно раскидало по земле мужское и женское население.
Улыбка медленно сползла с лица, когда до меня наконец относительно дошел смысл сказанного. Слишком знакомо замерло сердце.
- Что вы имеете в виду?
Подойдя к племяннику, обняла и поцеловала.
- Твоя бабушка дела в долгий ящик обычно не откладывает. Сказала- сделала. Наверху твоя мать, в гостевой комнате. Спит, как сурок.
Да и за старшей O'Донахью я не замечал раньше тяги к такого рода юмору. Впрочем, какая разница - представители ее народа не могли долго находиться в нашем мире, так же как и мы - в их. Можно было просто порадоваться короткой встрече. Но почему она спит?..
- Странно, до осеннего равноденствия еще очень далеко...Они ведь не покидают холмы так часто. У вас это должно было отнять много сил, спасибо вам.
Поцеловала внука в лоб.
- Совсем вернулась. Её удерживали чары. Кто-то постарался в своё время.
"Так просто не бывает" - билась в голове одна-единственная мысль, и только это удерживало меня сейчас от того, чтобы не потерять остатки здравого рассудка.
- Вы уверены? - я не нашел спросить ничего умнее.
- Я сам, - тряхнув головой, я кое-как поднялся, чудом не опрокинув при этом чашку с нетронутым кофе.
Нарочито медленно поднялся по лестнице на второй этаж и тихо приотворил дверь указанной комнаты.
Она все еще спала. Неудивительно - если уж меня в свое время так тянуло обратно в faerie, пусть даже во сне, каково должно было быть ей после стольких лет, проведенных там. Как была, в простом темном платье, по которому сложно определить принадлежность к той или иной эпохе, свернулась калачиком на постели - чьи-то заботливые руки только прикрыли ее легким пледом.
Я опустился на пол рядом с кроватью, понимая, что могу просидеть так не одни сутки. Впрочем, мне сейчас было все равно...
Тогда я невольно думала, глядя на глаза сына, что именно так должны были выглядеть глаза его отца, если бы он был человеком.
Этот сон, хотя и не был тревожным, заставил вздрогнуть и проснуться.
Открыв глаза, я увидела темноволосую макушку сына: он сидел на полу у кровати, опустив руки на согнутые колени: поза человека, который сидит так уже давно.
- Сыночек, - тихо произнесла я.
- Доброе утро, - поспешно вытерев глаза, заставил себя улыбнуться. - Точнее, уже день. Кажется, ты проспала обед.
Протянул руку, отыскав маленькую теплую ладонь.
Будто и не было ничего...Мне так было проще. Ударься я сейчас в размышления об относительности жизни и смерти - точно не выдержал бы.
И правда, не было ничего. Мне казалось, что я спала не полдня, а полжизни, а теперь проснулась.
Мы словно и не виделись с сыном весь последний год.
Такая радость вдруг поднялась в сердце: настоящая человеческая радость.
Горячо целуя его висок и щёку, бормотала:
- Маленький мой, солнышко моё...
Маленьким этого молодого красивого мужчину уж точно могла назвать разве что мать, которой хотелось сейчас рыдать и бить себя в грудь.
- Ну, что ты, все нормально... - положа руку на сердце, мне больше всего сейчас хотелось расплакаться, уткнувшись лицом в колени матери, как это обычно делают дети, но вместо этого я просто крепко обнял ее в ответ, успокаивающе гладя растрепанные со сна волосы.
- Спасибо тебе...
Мне было немного неловно и стыдно.
Он был таким взрослым, а для сердца моего всё ещё мальчиком, моим сыночком.
- Как ты? Прости, я, наверное, глупо веду себя, и говорю не то, но...это все слишком, трудно поверить...
Тихонько заплакала. Отняла одну руку, стала вытирать щёки.
- Я о тебе всё помню, всё-всё. Оттуда я могла разве увести от несчастий, уж совсем непоправимых... Но чувствовала себя как-то отстранённо. А сейчас думаю обо всём... прости меня, сыночек, я виновата...
Я невольно улыбнулся. От ее привычной мраморной невозмутимости не осталось и следа, но я любил ее и такую.
- Какой же ты красавец, - улыбнулась я сквозь слёзы.
"Особенно глаза", - сказала уже про себя.
Кажется, она моё состояние хорошо понимала и не задавала лишних вопросов.
Потом я поднялся наверх и постучал.
Распахнул дверь и обмер.
- Отец, ты... - я почти силой заставил себя не задавать очередной идиотский вопрос - со всей этой историей я сам начал подозревать у себя начинающееся слабоумие. Бросил многозначительный взгляд вниз по лестнице - то ли бабушка решила не сбавлять темпов оперативности, то ли снова - стечение обстоятельств.
Я обернулся к матери. В конце концов это сейчас была ее комната...