В духовке печётся пирог.
В углу кухни сидит на корточках брауни, прикрыв срам фартуком.
Сидит и нагло пялится на меня. Он не просит сливок вслух - он всегда молча пялится, пока я не выдерживаю и не выдаю ему плошку.
В доме тихо. Джун уехала на праздники в Африку, к матери.
Шилин отправилась во Флоренцию, узнавать насчёт магистратуры.
Так что гости кстати.
Сидя у окна, я смотрю на голые чёрные деревья и курю.
Пока гостья не прибыла, уж покурить напоследок.
В углу кухни сидит на корточках брауни, прикрыв срам фартуком.
Сидит и нагло пялится на меня. Он не просит сливок вслух - он всегда молча пялится, пока я не выдерживаю и не выдаю ему плошку.
В доме тихо. Джун уехала на праздники в Африку, к матери.
Шилин отправилась во Флоренцию, узнавать насчёт магистратуры.
Так что гости кстати.
Сидя у окна, я смотрю на голые чёрные деревья и курю.
Пока гостья не прибыла, уж покурить напоследок.
Поблагодарив Морну, я принял из ее рук чашку с кофе.
начинаю кряхтеть.
- Бойся нас, - наклоняюь и зловеще произношу, - дедуля!
смеюсь.
Так, с шутками-прибаутками мы и чай допили, и пирог доели.
Боги, я и прямь, как бабушка, заговорила.
Когда я проводила внука, Шеймус решился наконец-то объяснить цель их визита.
Конечно, я была рада,что его жена у меня недельку погостит.
Какой мог быть разговор?